Снайпер - М. Веллер

Это  неправда,  если  говорят,  что  у   вахтеров-охранников   оружие
допотопное и стрелять они из него не умеют и боятся.  Вот  у  Ворот  порта
работал себе всю жизнь один охранник, по хворости  здоровья  приспособился
сутки через трое греться у  батареи,  проверял  пропуска  и  пил  чай  под
репродуктором. Безвредное, в сущности, создание, хотя и склочное.
     И  вот  проходит  днем  один  из  начальства.  Охранник  его   что-то
спрашивает. Тот идет молча. Охранник его хватает за рукав. Тот  вырывается
и посылает его. Охранник цепляется и орет. Начальник рявкает и сулит кары,
уходя. Охранник гонится, но он хроменький, и тот удаляется.
     Охранник вопит:
     -  Стой!!!  -  Хватается  за  старинную  потертую  кобуру  на  ремне,
вытягивает облезлый военной эпохи ТТ (прекрасная,  кстати,  была  машина),
дергает затвор: — Стой!!!
     Начальник оглядывается, резко ускоряет шаг — и  получает  пулю  точно
промеж лопаток.
     Время обеденное, народ по территории туда-сюда ходит. То есть уже  не
ходит, а остановился на выстрел и смотрит. И ближайший мореман охраннику:
     — Ты чего?..
     Баба заполошная:
     — Уби-или!
     Мореман — на охранника. У охранника глаза белые, слюна кипит -  шарах
мореману под узел галстука!
     — А-а!!! Суки, гады, падлы! Все сволочи!!
     Народ врассыпную за углы и в подъезды.  Охранник  садит  навскидку  -
гильзы отщелкивают: один споткнулся, второй сковырнулся  -  и  все  чисто.
Вымерло поле боя.
     На выстрелы бежит милиционер из здания:
     — Стой! Бросай оружие! — А тот хрипит: "Всех перестреляю!"
     Шарах милиционер над пряжкой ремня! — лежит милиционер.
     Народ в окна глазеет — шарах через стекло!  присели  у  подоконников.
Телефоны накручивают: стрельба, налет, диверсанты, трупы! Мчатся газики  с
милицией, гремят в мегафоны — охранник  озирается,  выбегает  на  тротуар,
хватает какую-то проходившую девку и, прикрываясь ею, как  в  гангстерском
кино, начинает отстреливаться. Выглядит все как чистый Голливуд!  Милиция,
укрываясь за машинами, внушает: "Вы  окружены!  Сопротивление  бесполезно!
Сдавайтесь!" А он палит по  всем  силуэтам  в  пределах  видимости.  У  ТТ
прицельная дальность сравнительно неплохая.
     Вот  вам  простой  советский  охранник.  У  него  было   четырнадцать
патронов. Две обоймы. Он тринадцать раз выстрелил и тринадцать раз  попал.
Трое убитых на месте и десять раненых, из них еще двое умерли в  больнице.
И последнюю пулю пустил себе в висок.
     По скорой семь машин кинули, летели потом под сиреной, как санитарная
автоколонна, население балдело: не то учения, не то стихийное бедствие.
     Так  что  потом  оказалось.  Ему  квартиру  должны  были  дать.   Лет
пятнадцать ждал, как водится. Очередь подошла  -  и  опять  дали  другому.
Потом — еще одному блатному. Квартирный вопрос вообще сильно нервирует, он
озверел. Дома пилят, жена больная, дети взрослые, строят планы и мечтают о
новой просторной жизни. Он закатил на месткоме скандал, ему пригрозили  за
давнюю попойку вообще снять с очереди, может увольняться и жаловаться -  а
тот из начальства как раз был председателем жилкомиссии. Они  в  проходной
слово за слово и схлестнулись: "Не дашь квартиру? — Да пошел ты!.. — Ну  я
тебе покажу!" И показал.
     А ту девицу, его заложницу, привезли в милицию  и  два  часа  снимали
показания: где шла, что видела, что слышала,  как  была  схвачена,  да  не
знала ли его раньше, и прочее. Дали подписать и отпустили с Богом.
     Отошла она сто метров и села на асфальт, потеряла сознание.  Приехали
— все по нулям, поздно. Заинтубировали, стукнули, качали — какое  там,  не
откачали. Инфаркт,  умерла  на  месте.  Двадцать  два  года.  Не  потянула
сердечно-сосудистая система такого стресса.